Жизнь в Дача СУ
Из огня слышны были крики детей,
от них я сошел с ума

Жизнь в Дача СУ
Из огня слышны были крики детей,
от них я сошел с ума
На заснеженной улице стоит женщина лет пятидесяти, раскрасневшаяся от крика. "Наши ребята рисковали жизнями, вытаскивали детей из огня, а она для них даже барана не зарезала", — сокрушается жительница поселка Дача СУ. Очевидно, что горе не смогло объединить местных жителей…
Я до сих пор вздрагиваю от гула самолетов
Я до сих пор вздрагиваю от гула самолетов
"Тут лежали двое пилотов. Мы увидели только ноги, их головы завалило обломками. Третий вместе с креслом отлетел во двор этого дома. Мы разрезали ремни, оттащили его, но он все равно умер", — рассказывает житель Дача СУ.
Жильцы дома, во дворе которого погиб турецкий летчик, не смогли больше жить там. Они продали недвижимость за бесценок и уехали.

Дом нашего героя не пострадал чудом: обломки самолета разрушили только забор. Ровно год назад этот мужчина услышал взрыв, выскочил из дома и увидел, как в припаркованной машине заживо горит его сын.

Однако это оказалось просто сбоем сознания: на самом деле сын уехал таксовать за 15 минут до трагедии.
"Это как помешательство, я будто с ума сошел. Но горящая машина с сыном внутри была как будто наяву. Представляете мое состояние? Я очнулся, когда понял, что бегаю по снегу в пижаме", — вспоминает он.
По его признанию, он полностью разочаровался в действующей власти: обещанного переселения люди так и не дождались. Даже забор пришлось восстанавливать самостоятельно. 7 лет назад, когда покупал участок, никто не предупреждал, что жить здесь опасно.
"Это после трагедии мы стали копаться в документах и выяснили, что строить тут нельзя. Сейчас не можем переселиться, таких денег у нас нет. А ведь тут жить страшно! Падение самолета повредило фундаменты зданий, и когда по дороге едет нагруженный грузовик, мой дом трясется ", — рассказывает мужчина.
По словам местных жителей, до трагедии дома можно было продать за 15 тысяч долларов. Сейчас и за 5 000 никто не купит: людям попросту страшно. К сожалению, этот мужчина пожелал остаться неизвестным, в отличии от своего соседа Урана Садырова.
Уран Садыров
Житель Дача СУ
Уран Садыров признается, что еще не оправился после того проклятого дня. Пострадало его психическое здоровье. В голове мужчины крик ребенка, которого он так и не сумел спасти.
"Взрывом повредило крышу дома. Спросонья я решил, что это метеорит. Все вокруг горело, слышались крики взрослых, детей. Я испугался, что огонь перекинется на мой дом, а у меня ведь двое малышей. Сначала отвел родных в соседний дом. Когда вернулся, криков уже не было слышно", — рассказывает мужчина.
Благодаря мужеству Садырова и его соседей удалось вытащить из-под завалов целую семью. Еще до одного дома смельчаки добрались слишком поздно.
"Я помню, как вытащил тело отца того мальчика, Жакшылыка. В том дворе лежало десять погибших. Их потом переложили на носилки", — вспоминает Садыров.
По словам кыргызстанца, он до сих пор вздрагивает от гула самолетов. Каждый день над Дача СУ пролетает до десяти авиалайнеров. Кстати, ему возместили ремонт крыши — дали 100 тысяч сомов.
Зачем тратить деньги на какой-то памятник, если нам вообще ничего не дали?
Зачем тратить деньги на какой-то памятник, если нам вообще ничего не дали?
Венера Шейшенова
председатель инициативной группы пострадавших при крушении самолета
Венера Шейшенова голыми руками выгребает из заснеженной клумбы металлические обломки, оставленные рабочими, что устанавливают скамейки у памятника.
"Мусорят и мусорят... Я сюда камеры поставлю, чтобы не топтали и было чисто. Вы не представляете, как тут раньше люди ходили: бумажки кидали, плевались", — раздраженно рассказывает женщина.
Ровно год назад работник кондитерского цеха Венера Шейшенова встрепенулась от неожиданного звонка соседа: "Венера эже, у вас на районе самолет упал. Но я пока ничего не знаю".

"Боже, спаси моих детей!" — эта мысль вертелась в голове, пока Венера ехала в машине до своего дома. А дома-то у нее уже не было. Но самое страшное — уже не было троих ее детей. Тогда врачи напичкали ее успокоительным и увезли. В живых остались еще три ее ребенка и муж.
Мы стоим на заснеженной полянке — чуть больше года назад тут стоял ее дом. После трагедии Венера два месяца провела в больнице.
"Ко мне никто не приезжал, только журналисты спрашивали, как я. Гуманитарную помощь тоннами везли на Дача СУ, а там пострадавших-то уже не было: либо они уехали в родные села на похороны, либо их увезли в больницы. Но в то время моя голова была занята другим: с момента смерти моих детей прошло 40 дней", — рассказывает Шейшенова.
Теперь она председатель комитета пострадавших. Говорит, что сто раз пожалела о решении отстаивать права родственников жертв катастрофы. В частности, некоторые жители выступили даже против возведения мемориального комплекса.
"Нам не хотели давать строиться, чинили препятствия со словами: "Почему это вам государство выделяет деньги на какой-то комплекс?". Это для них он "какой-то", а нам все это очень дорого. Нас упрекают, что мы получили деньги, что мы миллионеры, у нас квартиры. Но какую цену мы за это заплатили!" — сокрушается женщина.
По ее словам, турецкая компания-авиаперевозчик честно распределила компенсации между жертвами трагедии. При этом она понимает желание бывших соседей уехать из Дача СУ.
"Люди, которые тут остались, не чувствуют нашей боли. Но, с другой стороны, им опасно здесь оставаться. Они хотят, чтобы им помогли власти, чтобы их переселили. Но это же не ко мне вопрос, не надо нас использовать", — рассказывает Венера.
Разговор прерывает гул моторов. Прямо на нас движется огромный самолет. Он летит так близко, что можно разглядеть обшивку на брюхе авиалайнера.
Даже барана не зарезала — денежные вопросы трагедии
Даже барана не зарезала — денежные вопросы трагедии
Жители Дача СУ очень не любят называть свои имена и фамилии. Один из них, например, пресек все вопросы одной фразой: "У меня судимость не снята". Однако тот день прекрасно помнит, ведь ему пришлось голыми руками доставать людей из-под завалов.
"Все было в дыму. Слышались крики из двух домов. Пока мы спасали одну семью, в другом доме все уже были мертвы", — рассказывает мужчина.
Он признается: никакого вознаграждения или помощи ему не нужно. Однако так думают далеко не все.

Женщина лет пятидесяти сотрясала округу криками, обвиняя председателя комитета пострадавших Венеру Шейшенову (как вы помните, именно эта женщина потеряла в катастрофе троих детей).
"Наши ребята рисковали жизнью, когда вытаскивали людей. А она для них даже барана не зарезала, чтобы молитву прочитать! Вместо этого их еще и обругали, мол, почему не дождались МЧС, почему сами туда полезли", — возмущается женщина.
По округе уже давно ходят легенды, кто и сколько получил после трагедии. Из-за этих денег некоторые соседи даже перестали общаться. По словам кричавшей женщины, не осталось веры и местным властям.
"Когда я покупала тут землю, мне в администрации сказали, что скоро Дача СУ станет поселком. А после трагедии мы подняли документы и узнали, что тут вообще строить нельзя. Я обращалась и в правительство, и в администрацию с просьбой, чтобы нас переселили, но никто со мной бегать не хочет", — сокрушается она.
Кстати, женщина наотрез отказалась называть свое имя. Но мы уже этому обстоятельству не удивились.
Съемочная группа Sputnik Кыргызстан блуждает по Дача СУ. Это даже не скромно молчащая бедность — это кричащая нищета. Воду люди берут из колонок, у некоторых домов нет заборов, невооруженным глазом видно, как прохудились крыши.

Зато детишек здесь много. Над нами снова пролетел самолет. Дворовая ребятня равнодушно на него посмотрела и со смехом продолжила играть в футбол.
Авторы
Асель Минбаева
Таалайгул Усенбаева

Фото
Табылды Кадырбеков
Таалайгул Усенбаева

Дизайнер
Даниил Сулайманов

Программист
Михаил Дудин